Larisa Amir (larissat) wrote,
Larisa Amir
larissat

Шефтель представляет Хагая Амира.

Для тех, кто не в курсе, Йорам Шефтель - один из самых известных израильских адвокатов, положивший начало своей карьере громким и скандально известным делом Демьянюка (украинца, приговоренного к смертной казни ввиду неправильного отождествления его с полицаем  по кличке Иван Грозный и затем оправданного). Сейчас Шефтель взялся представлять Хагая в вопросе о досрочном освобождении ("треть срока"). Ситуация на сегодняшний день не дает особенных поводов для оптимизма; впрочем, сам Шефтель считает иначе, утверждая, что никогда не берется за заведомо безнадежные дела.

В любом случае, текст поданной им в суд апелляции, ИМХО, очень удачно, кратко и выразительно, подытоживает эту часть истории, поэтому привожу его здесь
*
Истец: Хагай Амир
представлен адвокатом Йорамом Шефтелем

Ответчик: Тюремное Управление Израиля

Апелляция  заключенного по п. 5 закона о досрочном освобождении 2000/1

Настоящим подается апелляция по поводу
1.        решения Комиссии по освобождению, действующей на основе Закона о досрочном освобождении 2000/1 (далее: Комиссия, Закон) от 17.08.06, отклонившей просьбу истца о его досрочном освобождении из заключения, поданную в соответствии с п.3 Закона (далее: первое решение);
2.        решения Комиссии от 31.12.07 отказаться от повторного рассмотрения просьбы истца о досрочном освобождении, согласно Закону (далее: второе решение).


Обоснования апелляции


Фактологическая основа


1.
а) Истец был арестован 05.11.95, а 03.10.96 был приговорен окружным тель-авивским судом (см. дело 499/95) к 12 годам лишения свободы за преступление, состоящее в заговоре с преступными целями (п.499 (а)(1) закона о наказаниях), а именно  с целями убийства главы правительства Ицхака Рабина и причинения вреда арабам, жителям Иудеи и Самарии; а также за незаконное хранение и ношение оружия (п. 144 (а) (б) закона о наказаниях) и незаконное изготовление, хранение и передачу оружия (п. 144 (б) (2) закона о наказаниях).

б) Апелляция, поданная истцом на его осуждение и на тяжесть наказания (8136/97), была отклонена Верховным судом 29.08.99.

в) Вместе с тем, Верховный суд принял апелляцию, поданную государством на легкость наказания (8137/97), и увеличил срок лишения свободы до 16 лет.

г) Помимо этого 27.04.06 истец был приговорен к году лишения свободы (из него полгода дополнительно к отбываемому им сроку) за преступление, состоявшее в угрозах.

д) Подчеркнем следующее – это важно в настоящем контексте. В приговоре по апелляции 8136/97 было четко сказано, что истец и подававший наряду с ним апелляцию Дрор Адани, "не принимали участия в разработке плана убийства и в его осуществлении в тот срок и в том месте, когда и где оно произошло". Речь идет, разумеется, об убийстве главы правительства Ицхака Рабина. Более того, и в том, что касается обвинения во вступлении в заговор с целью причинения вреда арабам, жителям Иудеи и Самарии, истец не был призван виновным в попытке практической реализации преступного замысла. Отсюда ясно следует, что, хотя истец и был признан виновным в ряде правонарушений, ему не были вменены в вину никакие акты насилия.

2. Несмотря на обвинительный приговор истец продолжает настаивать на своей невиновности – особенно в том, что касается его обвинения по делу 499/95.

3. Отбыв 2/3 того срока лишения свободы, к которому он был приговорен, истец обратился в Комиссию с просьбой о досрочном освобождении. Как указывалось выше, просьба его была отклонена.

4.
а) 02.12.07 истец вновь обратился в Комиссию с просьбой о досрочном освобождении – на сей раз посредством нынешнего адвоката. Как указывалось выше, просьба его была вновь отклонена.

б) Более того, то обстоятельство, что адвокат использовал выражение "скопление лжи" применительно к секретным отчетам Отдела по сбору информации Управления Тюрем, которые наряду с отзывом Службы безопасности (Шабак) стали основой решения Комиссии, привели к тому, что Комиссия – как это ни удивительно – сочла нужным "послать копию просьбы о повторном рассмотрении вопроса,.. составленную в обидной и оскорбительной форме, каковая не приличествует  адвокату, Комиссии по этике при Адвокатской Коллегии - на рассмотрение".

в) Таким образом Комиссия пытается запугать адвоката и воздействовать на него с тем, чтобы он воздержался от обвинений в адрес закрытых отчетов Отдела по сбору информации УТ и от именования их "скоплением лжи", на котором не может быть основано ни одно решение. Однако эта попытка не преуспела и адвокат  истца не отклонится от истины.


Дополнительные факты. имеющие отношение к делу

5.
а) На заседании Мирового суда  Натании  по делу 3177/06 в ходе допроса тюремщика. подавшего жалобу против истца по поводу преступления. состоявшего в угрозах, было выяснено, что поведение истца в течение предшествующих 11  лет тюремного заключения было безупречным.

б) Невзирая на это Комиссия в своем первое решении прибегла к ссылке на нарушения дисциплины со стороны истца и даже обосновала ими свое решение отклонить его просьбу о досрочном освобождении.

6. Истец уже более 12 лет пребывает в заключении в условиях полной изоляции, не имея возможности даже заниматься в тюремной ешиве. Посещать его разрешается только ближайшим по родству членам семьи. Такие условия заключения являют собой существенное отягчение тех страданий, которые причиняет каждому человеку тюремное заключение. Это тем более верно в случае того, кто, подобно истцу, вплоть до совершения тех поступков, из-за которых был признан виновным, был не только законопослушным гражданином, но и, с готовностью и принося немалые жертвы, служил своему народу и своей стране в Армии Обороны Израиля. Демобилизовавшись, истец устроился на работу, и все его поведение вплоть до тех событий, которые послужили основой для его ареста, было совершенно безупречным.

7. Истец и его адвокат не могли ознакомиться с отчетами Отдела по сборе Информаии УТ и отзывы Службы безопасности по причине их секретности. Между тем, именно они – как и в случае обвинения истца по делу 3177/05 – стали основной, если не единственной, причиной решения Комиссии оставить истца в заключении. Обосновывая свое решение. Комиссия ссылается на критерий п.10а Закона – а именно что освобождение заключенного нанесет тяжелый ущерб всей судебной системе и обеспечению соблюдения закона. в частности.

8. Как уже говорилось истец продолжает отрицать свою вину в преступлениях, за которые был приговорен к тюремному заключению, в частности. в тех, которые содержатся в приговоре по делу 499/95. Поэтому более, чем естественно, что он не может выразить раскаяния в тех поступках, которые приписывает ему обвинительный приговор. Между тем, как видно их первого решения Комиссии, отсутствие выражения раскаяния в тех поступках, которые приписывает ему приговор по делу 499/95, воспрепятствовало истцу добиться досрочного освобождения из тюрьмы.

9. Вместе с тем, истец совершенно недвусмысленно разъясняет, что его совершенно не интересуют политические вопросы, и он даже не принял участие в голосовании на последних выборах в Кнессет. В этой связи истец разъяснил Комиссии, что сегодня он является противником всякого акта насилия. совершенного на политико-идеологической основе и что он ни в малейшей мере не намеревается после освобождения совершить какой-либо акт насилия. Комиссия не поверила в искренность этих слов, как видно из ее первого решения.

10. Наконец, отметим, что Комиссия не только не поверила в искренность слов истца о том, что сегодня он является противником всякого акта насилия, но и, как это ни удивительно,  охарактеризовала его высказывание, сделанное спокойно и в подобающей форме, однако содержащее в себе критику печально известных соглашений Осло, которые привели к гибели более, чем 1500 евреев, и справедливо полагающее их обманом граждан, как "обливание грязью органов власти".


Анализ фактов.

11. В приговоре по делу 347/88 "Демьянюк против государства Израиль" сказано следующее: "Мы обязаны воплощать в жизнь юридические принципы и тогда, когда речь идет о тяжелых, возмутительных поступках и именно тогда четко следовать им, не отклоняясь ни в ту, ни в другую сторону".

12.Подчеркнем, что эти слова были сказаны по отношению к поступкам, с которыми совершенно несопоставимы по тяжести те действия, в совершении которых был обвинен истец.

13. Сразу же следует отметить, что из двух решений Комиссии ясно следует, что они совершенно не соответствуют судебному решению о том, что "мы обязаны воплощать в жизнь юридические принципы и тогда, когда речь идет о тяжелых, возмутительных поступках и именно тогда четко следовать им. не отклоняясь ни в ту, ни в другую сторону".  Мы обоснуем это в дальнейшем.

14.
а) Как сказано в пункте 6 настоящей апелляции, истец провел все годы тюремного заключения в условиях полной изоляции. Посещать его разрешается только ближайшим родственникам. Ему разрешается звонить по телефону лишь ограниченному кругу лиц, причем телефонная связь осуществляется под наблюдением тюремщика, который набирает для истца телефонный номер.

б) Нет никаких разногласий по поводу того, что эти  условия заключения крайне тяжелы. Уже одно это обстоятельство должно послужить серьезным доводом для сокращения срока наказания в глазах суда, руководствующегося принципами "сострадания и гуманности" даже применительно к убийцам и заклятым врагам государства Израиль - к членам Хизбаллы, как видно из решения Высшего суда справедливости по делу 794/98 "Убейд и др. против министра обороны и др." Отметим, что этот довод далеко не единственен.

в) Однако вопрос о мучительных условиях заключения истца не был рассмотрен ни в одном из двух решений Комиссии.  Этот просмотр особенно бросается в глаза во Втором решении, вынесенном, когда истец отбыл уже 3/4 срока заключения.

15. В связи с обвинениями в адрес президента Израиля, когда израильские СМИ подвергли его публичному шельмованию и самостоятельно вынесли ему обвинительный приговор, между тем. как приписываемые ему изнасилования были от начала и до конца вымышлены, бывший заместитель председателя Верховного суда судья Хешин по собственной инициативе выступил со следующим публичным заявлением:

а) "Проблема в том, что суды находятся под огромным влиянием со стороны публикаций в СМИ, и судья должен быть сверхчеловеком, чтобы абстрагироваться от всего слышанного или виденного им и вести процесс, как должно. Влияние на судьей сказывается и на подсознательном уровне, поскольку. в конце конов, мы живем в определенной атмосфере... судье нужно быть сделанным из железа, чтобы игнорировать все, что слышит вокруг себя".

б) А также: "Вмешательство СМИ однозначно наносит ущерб процедуре судопроизводства. Правила судопроизводства служат тому. чтобы в зале суда царила справедливость, все предшествующее направлено к этой цели, и СМИ нечего там искать. Подобное вмешательство может повлиять на судей и на свидетелей, которые начнут бояться. Если вы спросите меня – президенту уже вынесен обвинительный приговор.

в) И наконец: "Эта практика наносит удар по самой основе судопроизводства. цивилизованное общества не может терпеть такого положения вещей, я буквально схожу с ума, думая об этом."

16.
а) Все вышесказанное гораздо более применимо к той ситуации. в которой находится истец. Эта ситуация хороша известна уважаемому суду, ибо начиная с покушения на главу правительства сросшиеся с истэблишментом и полностью управляемыми светскими, ашкеназскими "элитами" (которые являются таковыми лишь в собственных глазах) СМИ  проводят непрекращающуюся кампанию под постыдным лозунгом: "Не забудем, не простим". Между тем, эти же "элиты" забыли и простили Арафату совершенные им массовые убийства евреев, в том числе еврейских детей. Более того, и Германии – в частности, в результате выплачиваемой компенсации – если не забыли, то уж, во всяком случае, простили в том смысле, что она рассматривается как обыкновенное государство, наряду со всеми прочими.

б) Цель этой пропагандистской кампании состоит. в частности, в очернении всех членов семьи Амир, включая мать, братьев и сестер Игаля Амира, которые не имели никакого отношения к его действиям, и включая даже младенца, родившегося недавно у супругов Амир.

17. Основной целью этой кампании, как не устают сообщать нам ее инициаторы и исполнители в СМИ, состоит в том, чтобы предотвратить какое бы то ни было смягчение наказаний, наложенных на братьев Амир – то есть и на истца.  По мнению столь значительного лица, как судья Хешин, постыдное бесчинство сросшихся с истэблишментом СМИ в связи с ложными обвинениями, возводимыми на президента Израиля Моше Кацава, лишало того возможности справедливого суда. И тем более это суждение применимо к той несравненно более тяжелой ситуации, в которой находится истец. В самом деле, это прослеживается и в решениях Комиссии.

18. Так, высказывание истца, отнюдь не носящее резкого характера и произнесенное в спокойной, выдержанной форме, касательно создания на территории страны Израиля организации из сорока тысяч вооруженных арабских убийц, именуемой, как это ни смешно, "палестинской полицией", было охарактеризовано в первом решении Комиссии как "обливание грязью органов власти" и "возмутительная формулировка". Отметим в связи с этим, что слова истца сегодня отражают общепринятое мнение, с фактической основой которого никто не спорит. не считая разве что наиболее фанатичных приверженцев левой идеологии.

19. Комиссия обвиняет истца также и в том. что он "упустил" еще одну возможность "выразить искреннее раскаяние в содеянном". Каким же образом мог истец выразить раскаяние в тех действиях, которые он, по его утверждению, не совершал?!

Подчеркнем, что в свободном обществе каждый человек имеет полное право утверждать свою невиновность в том числе и в тех деяниях, по поводу которых ему был вынесен обвинительный приговор в том числе и также после отклонения его апелляции соответствующими судебными инстанциями.

Подчеркнем также, что история судопроизводства в разных странах мира и, в том числе, в Израиле, знает не один казус, когда, невзирая на то, что все апелляции обвиненного в убийстве были отклонены и он в течении десятков лет считался убийцей, в конце концов, выяснялось, что он ни в чем не виновен.

20.
а) Таким образом, отказ сократить срок заключения истца. в частности, как следует из первого решения Комиссии, на том основании, что он не выразил раскаянии в тех действиях, совершение которых он отрицает, является нарушением его основополагающих прав на свободу и достоинство. носящих характер конституционных прав, стоящих над прочими законами и гарантированных Основным законам о достоинстве и свободе человека.

б) Полное игнорирование всего вышесказанного в Первом решении комиссии и подчеркивание в высшей степени ошибочной интерпретации высказывания  истца как "обливание грязью органов власти" не может не являться результатом разрушительного влияния на Комиссию длительной кампании СМИ против всей семьи Амир и, в частности, истца. О таком влиянии предупреждал судья Хешин.

в) В скобках заметим, что одной из важных целей пребывания в заключении является восстановление способности к нормальной жизни, поскольку высший общественный интерес состоит в том, чтобы заключенный покинул стены тюрьмы лучшим человеком. нежели был, когда в них вступил.

22. Однако к вящему стыду мы вынуждены констатировать, что в течение более чем 12 лет, которые истец находится в заключении, отбыв уже 3/4 положенного срока, никто в УТ или в Службе безопасности не предложил задействовать истца ни в одной из восстановительных программ.

23.
а) Одно из двух. Или истец столь опасен, как это следует из отчетов Отдела по сбору информации УТ и отзыва Службы безопасности, и тогда общественный интерес требует включить его в одну из восстановительных программ. И уж разумеется, это должно произойти сейчас, когда не за горами тот час, когда он освободится из заключения и на него не будет наложены никакие ограничения – а ведь он, согласно мнению властей, продолжает представлять опасность для общества в той же мере, что и в начале заключения.

б) Или же истец не столь уж опасен, и тогда нет надобности вовлекать его в подобную программу, как и обстоит дело  в действительности. Но в таком случае отчеты Отдела по сбору информации УТ и отзыв Службы безопасности являются не чем иным. как "скоплением лжи".

24. Для всякого беспристрастного наблюдателя со стороны достаточно всего вышесказанного, чтобы понять, что функционирование соответствующих органов власти, и в том числе и в первую очередь, Отдела по сбору информации УТ и Службы безопасности, во всем, что касается истца, является порочным и преисполненным лицемерия. Так родилось на свет упомянутое выше "скопление лжи" отчетов, с одной стороны, расписывающих крайнюю опасность, которую представляет собой истец, а с другой стороны, не предлагающих никаких действий по уменьшению этой опасности. Общая совокупность информации приводит нас к неизбежному выводу о том, что не следует доверять информации, содержащейся в этих отчетах и в оценках Службы безопасности, и что наиболее подходящим определением для них является "скопление лжи".

25. Более того, поскольку УТ в течение 12 лет не предприняло никаких мер с тем, чтобы попытаться уменьшить опасность, представляемую истцом, путем включения его в одну из восстановительных программ, власти, в том числе и Комиссия, не имеют никакого права прибегать к доводу об "опасности истца": при данных обстоятельствах его употребление вызывает в памяти политическое завещание царя Хасмонейской династии Александра Янная, обращенное к его жене Шломцион: "Не бойся ни саддукеев, ни фарисеев, а лишь лицемеров, которые поступают, подобно Зимри, а требуют награду Пинхаса".

26. Комиссия прошла мимо всего отмеченного выше и не отнеслась к фактам, которые бросаются в глаза всякому случайному наблюдателю и, тем более,  должны быть замечены Комиссией, вся деятельность которой посвящена именно вопросам такого рода. Уже одно это обстоятельство оправдывает вмешательство уважаемого суда в ее решения отклонить просьбу истца о досрочном освобождении из заключения.

27.
а) Как было отмечено, в основе решения Комиссии не освобождать истца до срока, лежат отчеты Отдела по сбору информации УТ и отзыв Службы безопасности. Комиссия в своем первом решении утверждает: "Мы объявляем их секретными на основе пункта 17 Закона".

Между тем, подпункт 6 того же пункта 17 обязывает Комиссию в тех случаях. когда она считает нужным принять подобное решение, представить заключенному и/или уполномоченному им лицу резюме отчетов, дабы он смог, хотя бы частично отнестись к содержащемуся в них материалу.

б) Комиссия не поступила таким образом, и поэтому у адвоката не было никакой возможности хоть в какой-то степени отнестись к содержащимся в них  "фактам" и утверждениям.  Между тем, задним числом оказывается, что эти "факты" имели решающий вес в отклонении просьбы истца о досрочном освобождении. Интересы истца не были представлены перед Комиссией, и последняя вела дело так, что на практике оно могло завершиться лишь одним образом: отклонением просьбы истца.

28.
а) К этому следует добавить и то, что поскольку в адрес истца была применены драконовские меры содержания в изоляции,  и он имеет право поддерживать связь по телефону лишь с 10 людьми, совершенно понятно, что имеющаяся у УТ информация могла быть получена лишь одним путем: исключительно с помощью прослушивания телефонных бесед между истцом и его ближайшими родственниками.

б) Разумеется. истцу известно,  что большая часть его бесед прослушивается УТ и Службой безопасности, поэтому нет ни малейшего сомнения, что в этих беседах он не скажет ничего такого, что могло бы послужить обоснованием для отклонения его просьбы о досрочном освобождении. Это представляется очевидным.

в) Таким образом, понятно, что информация УТ может быть получена лишь одним из двух путей:
1. подтасовкой фактов;
2. циничной фабрикацией  фактов с целью лишить истца возможности досрочного освобождения.

г) 
1.Обратим внимание на то, что в деле брата истца УТ и Служба безопасности пытались запугать судебную систему с помощи "разведывательной" информации и оценок, которые – как совершенно понятно сегодня – были лишены всякой связи с действительным положением вещей. Эта информация говорила, что встречи с глазу на глаз между братом истца и его супругой, доктором философии, г-жой Л. Амир (Трембовлер), представляют "угрозу для безопасности" и поэтому их ни в коем случае не следует разрешать.

3.        Излишне распространяться о том, что сегодня понятно, что все эти "разведывательные" сведения и оценки являются не только сфабрикованными, но и просто абсурдными – ведь они полностью противоречат действительности: встречи между супругами Амир имели место, а безопасность не пострадала.

д) Из сказанного выше, в том числе, и по поводу лживых отчетов Службы безопасности по поводу "угрозы для безопасности", которую якобы являют собой встречи с глазу на глаз между братом истца и его супругой, следуют следующие выводы:

1.        В рамках рассмотрения настоящей апелляции следует изложить уполномоченному истцом лицу содержание указанной информации и "разведывательных" отчетов, не раскрывая ее источников (хотя, как было указано выше, источники ее и так понятны и известны)
2.        В противном случае, следует охарактеризовать эти отчеты как подозрительные с точки зрения подтасовки фактов и сфабрикованности содержащейся в них информации.

29.
а) Еще одним основанием для первого решения Комиссии, отказавшейся указать о досрочном освобождении истца,  стало "дело угроз" применительно к главе правительства Шарону. Угрозы эти выразились в следующем предложении, сказанном тюремщику в тюрьме, где истец пребывает в заключении: "Я могу поднять трубку и позаботиться о том, чтобы Шарона уничтожили, взорвали". Поскольку этот уважаемый суд не рассматривает апелляцию на приговор по делу 3177/05, в котором истец был призван виновным в угрозах, содержащейся в приведенной выше фразе, адвокат истца не будет излагать перед ним свои юридические возражения по сути дела.

б) Вместе с тем, на основе того обстоятельства, что истец не может сам поднять трубку, а это делает за него тюремщик, который и набирает номер, а звонить разрешается только ближайшим родственникам,  можно заключить, что степень "опасности", которую являет собой истец в связи с произнесенной им фразой, подобна той, которую представляет человек, который в схожих обстоятельствах воскликнет с пылом: "Я могу опрокинуть луну на голову Шарона!"

в) Во всяком случае, заключение, сделанное Комиссией из этих слов о том, что досрочное освобождение истца "будет представлять угрозу для общественной безопасности" является безосновательным. Оно могло быть сделано только в контексте той общественной атмосферы, которую СМИ создают вокруг всего, что имеет какое-либо отношение к членам семьи истца, ставя своей целью, в первую очередь, воспрепятствовать какой бы то ни было возможности облегчить наложенные наказания.

30.
а) В заключение Первого решения Комиссия прибегает и к пункту 10 Закона – а именно что досрочное освобождение истца серьезно подорвет доверие общественности к судебной системе. Представляется, что этот аргумент является наиболее абсурдным из всех доводов Комиссии.

б) Как было сказано выше, истец был осужден за правонарушения, в результате которых никому не было причинено ни малейшего вреда. Ни один волосок не слетел ни с чьей головы. Следует повторить и вновь подчеркнуть сказанное нами в п. 3, а именно, что Верховный суд недвусмысленно постановил, что истец ни коим образом не причастен к покушению на главу правительства Рабина. Между тем, Комиссия отказалась досрочно освободить истца на основании противодействия органов власти. Однако недавно органы власти досрочно освободили из заключения сотни террористов, часть которых, если не большинство – как совершенно точно известно на основании предыдущего опыта многих досрочных освобождении террористов – вскоре вернется к террористической деятельности в полном объеме.

в) В этих обстоятельствах именно отказ досрочно освободить истца нанесет ущерб доверию общественности к судебной системе. Доверие общественности к судебной системе будет подорвано, если срок наказания истца останется неизменным.

г) В еврейском государстве судебная система ежегодно утверждает досрочное освобождение террористов, стремившихся к уничтожению государства, в честь мусульманских праздников. Несмотря на это, ни один еврейский заключенный не удостаивается подобной привилегии и не освобождается раньше срока к наступлению праздника свободы – Песах – и/или дня независимости.  И это еще одно подтверждение того, что именно оставление истца в заключении , которое он отбывает (напомним!) за правонарушения, из-за которых ни один волос ни упал ни с чьей головы, и может подорвать доверие общественности к судебной системе.

д) Наконец, в завершение этой темы отметим, что разведчик и предатель Эгуд Адив, предательство которого довело его до Дамаска, был справедливо приговорен судом к более длительному сроку заключения, нежели истец. Однако и он был освобожден, отбыв 2/3 положенного срока. Таким образом, в итоге он провел в заключении меньше времени, нежели истец, даже если последний будет немедленно освобожден. К этому нечего прибавить!


Практические действия

31. В свете всего вышесказанного к уважаемому суду обращена следующая просьба:

а) в ходе обсуждения настоящей апелляции представить адвокату истца возможность ознакомиться с содержанием информации, содержащейся в отчетах УТ и оценке Службы безопасности, и/или резюме этой информации.

б) В противном случае признать, что нет никакой возможности основывать на них какой бы то ни было вывод по делу истца;

в) признать, что ответчик не имеет права апеллировать к тезису об "опасности" истца в качестве обоснования отказа удовлетворить его просьбу о досрочном освобождении, поскольку в течение 12 лет заключения он не был включен ни в одну из восстановительных программ с целью уменьшения пресловутой "опасности";

г) указать о немедленном освобождении истца, в частности поскольку отказ от досрочного освобождения подорвет доверие общественности к судебной системе, или же отложить его освобождение до ближайшего праздника Песах.


Адвокат Йорам Шефтель.
___________________________
*Большое спасибо юзеру, взявшему на себя труд по переводу этого текста на русский язык.
                                                                                                       
                                                                                                      *      *    *
По поводу вчерашней публикации в новостях второго канала:"Шабак против Амитая Амира". К сожалению, они не удосужились опубликовать полный ответ Шабака, объясняющий, на чем именно основывается запрет: на высказываниях сайта www.yigalamir.co.il, который ведет Амитай, (на самом деле, сайт не обновляется уже, кажется, года полтора), и в интервью газете "Гаарец". Понятно, что высказывания эти ни в том, ни в другом случае не содержали в себе состава преступления,иначе против него давно уже было бы открыто дело в полиции. По хорошему, нужно подавать в суд против явного и довольно-таки вопиющего ограничения  свободы слова. Но опять начнется волынка со всякой липой и развесистой клюквой, именуемой "засекреченный материал" , а там пойди докажи...

В то же время и молча принимать это вроде как нельзя...
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 95 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →